У Путина на вручении наград...
Отчего-то
казался задумчивым Федор Конюхов. Я спросил его, как он собирается погружаться на дно Марианской впадины. Какова то есть техника этого дела.
— Батискаф в Петербурге строим. Все нормально идет, но медленно. Ускорить надо. Крымский мост построили за два года. Вот и батискаф так же надо. Об этом и просьба была. И погрузимся на 11 025 метров. На столько еще никто в мире не погружался. Там две тектонические плиты сходятся… Надо же взять пробы грунта…
Мне очень хотелось спросить, зачем, но разве можно было?
— А дальнейшие творческие планы? — поинтересовался я.
— Плавание вокруг мыса Горн,— кивнул Федор Конюхов,— потом в стратосферу…
Он помедлил:
— Ну и в космос… На воздушном шаре, конечно… На высоту 100 километров. Гагарин же на ней летал… Сделаем и мы несколько кружков…
— Там же невесомость…— прошептал я.
— Конечно,— снова великодушно кивнул Федор Конюхов.— Это ж космос.
— А воздух не выйдет из шара? — хриплым голосом спросил я.— Вакуум же…
Федор Конюхов глядел на меня долгим тяжелым взглядом.
Кажется, об этом он еще не успел подумать.