От Ельцина до Зеленского: как поддержка Запада становится приговором
Мы привыкли видеть Запад как активного игрока, который сознательно выстраивает политику в отношении России и Украины. Но что, если его поведение — часть более сложной игры? Что, если западные лица действуют либо против самих себя, реализуя общий с противником сценарий, либо их логика продиктована невидимыми сдержками, которые они не могут преодолеть?
И что, если два народа — русские в 1990-е и украинцы сегодня — были использованы по одной схеме, а Запад оба раза купился на эту стратегию?
Часть I. 1990-е: Как Запад «помогал» России и получил компромат
В 1990-е Запад активно поддерживал Бориса Ельцина. Он давал деньги, кредиты, политическое прикрытие. Он называл его «реформатором» и «борцом за демократию». Но эта поддержка была частью сценария, который Западу предложили.
Как это работало:
| Что делал Запад | Как это фиксировалось | Как это стало обвинением |
| Давал кредиты и помощь | Документы МВФ, заявления западных лидеров | «Вы финансировали разрушение нашей экономики. Вы знали, что реформы ведут к обнищанию». |
| Поддерживал разгон парламента в 1993 году | Заявления западных лидеров, дипломатические ноты | «Вы поддержали силовой разгон демократии. Вы назвали это "стабилизацией"». |
| Расширял НАТО на восток | Договорённости, заявления | «Вы обещали не расширяться. Вы обманули нас. Вы использовали нашу слабость». |
| Закрывал глаза на криминализацию общества | Отчёты, заявления | «Вы молчали, когда страна погружалась в хаос. Вам была нужна слабая Россия». |
Результат: Россия помнит. Она помнит, что её использовали. Что её будущее было принесено в жертву западной стратегии. И этот компромат был зафиксирован.
---
Часть II. 2020-е: Как Запад «помогает» Украине и создаёт новый компромат
Теперь та же логика работает с Украиной. Запад даёт оружие, деньги, политическое прикрытие. Он называет Зеленского «борцом за свободу». Но эта поддержка — часть того же сценария.
Как это работает:
| Что делает Запад | Как это фиксируется | Как это станет обвинением |
| Задерживает помощь | Документы, видео, свидетельства | «Вы давали недостаточно. Вы знали, что люди будут гибнуть». |
| Толкает в контрнаступление | Планы, переписка, заявления | «Вы знали, что это провал. Вы использовали украинцев как пушечное мясо». |
| Молчит о мобилизационном беспределе | Отчёты правозащитников, видео | «Вы закрывали глаза на насилие. Вам была нужна только война». |
| Даёт ровно столько оружия, чтобы Украина не проиграла | Аналитика, заявления | «Вы не дали нам победить. Вы выбрали затяжную войну». |
Результат: Украина тоже запомнит. Она запомнит, что её использовали. Что её жизни были разменной монетой.
---
Часть III. Одна стратегия — два компромата
Логика Запада не изменилась. Она просто перешла на новый объект.
| 1990-е (Россия) | 2020-е (Украина) |
|---|---|
| Поддержка Ельцина | Поддержка Зеленского |
| Разрушение экономики | Разрушение экономики |
| Закрытие глаз на насилие | Закрытие глаз на насилие |
| Расширение НАТО. | Затяжная война |
| Россия помнит | Украина запомнит |
Запад кинул русских. Теперь он кидает украинцев. И он кидает их ради одной стратегии: сохранения своего доминирования.
---
Часть IV. Почему Запад купился
Запад не является главным архитектором этого сценария. Он — игрок, который купился на предложенные ему правила. Его противник создал для него единственно безопасный путь и убедил, что это его собственный выбор.
- В 1990-е: Противник сказал: «Поддержите Ельцина. Это сделает Россию предсказуемой и мирной. Это будет безопасно».
- В 2020-е: Противник сказал: «Поддержите Украину. Она истощит Россия. Это будет безопасно».
Запад оба раза купился. Он думал, что контролирует процесс. На самом деле он просто следовал по маршруту, который ему наметили.
---
Часть V. Почему Украина — идеальный свидетель
Украина имеет уникальное преимущество перед Россией в этом сценарии:
1. Она не отягощена прошлым противостоянием. Украина не была «врагом» Запада. Она была его партнёром. Её обвинение будет звучать убедительнее.
2. Множество средств фиксации. Война документируется как никогда раньше. Видео с дронов, переписки, спутниковые снимки, свидетельства военных — всё это станет доказательной базой.
3. Украина — это не Россия. Запад не сможет сказать: «Они нас не понимают». Украина говорит на языке Запада. Она знает его ценности. И она сможет показать, что Запад им изменил.
Часть VI. Что дальше?
Когда всё закончится, виновным будет назван Запад.
- Россия скажет: «Мы предупреждали. Вы использовали Украину как пушечное мясо».
- Украина скажет: «Вы нас использовали. Вы давали недостаточно. Вы толкали нас в контрнаступление без оснащения».
- Мир скажет: «Запад — это лицемерие».
Запад получит два компромата: один от России, другой от Украины. И оба будут заслуженными.
---
Часть VII. Вывод
Запад не является главным архитектором этого сценария. Он — игрок, который купился на предложенные ему правила. Его противник создал для него единственно безопасный путь и убедил, что это его собственный выбор.
Но вина Запада в том, что он не задал вопросов. Он не увидел, что его «помощь» — это инструмент. Он не понял, что его «стратегия» — это ловушка.
Когда всё закончится, Запад заплатит за это. Не за то, что он «помогал». А за то, что он купился.
Специальная военная операция"
Национально-религиозный узел: как вера, идентичность и война переплетаются в одном сценарии
Война в Украине давно перестала быть просто военным конфликтом. Она стала местом, где пересекаются национальные идентичности, религиозные традиции, политические стратегии и глобальные интересы. И в этом пересечении, как мне кажется, можно увидеть не случайный хаос, а определённую архитектуру.
Я хочу предложить вашему вниманию размышление о том, как религиозный фактор — особенно протестантский — может быть использован в этом сценарии, и к чему это может привести.
Часть I. Православие, национализм и «языческий» компромат
С начала войны украинское общество продемонстрировало небывалый уровень консолидации. Это была защита не просто территории, а самой идентичности. Но вместе с этим в публичном поле появились и другие явления: воинские ритуалы, которые вызывали вопросы у традиционных верующих. Некоторые из них напоминали дохристианские, языческие обряды. Это фиксировалось на видео, обсуждалось в соцсетях, вызывало споры.
Что, если это не случайность? Что, если эти ритуалы — не результат культурного поиска, а часть более крупного сценария?
В будущем, когда война закончится, эти кадры могут быть использованы. Их могут предъявить как доказательство того, что украинское сопротивление было не «христианским», а «языческим», «радикальным», «оторванным от традиций». Это позволит объявить украинский национализм не защитой, а угрозой. И тогда те, кто сегодня считают себя героями, завтра могут стать «козлами отпущения».
Часть II. Протестанты: «здоровая» сила или скрытый игрок?
На этом фоне особое место занимают протестантские общины. В отличие от православных, они не связаны с национальной идентичностью. В отличие от националистических формирований, они не создают «языческих» образов. Они дисциплинированы, закрыты, имеют чёткую иерархию и, что важно, — глобальные связи.
В США протестантские круги (особенно евангельские) являются заметной политической силой. Они влияют на внешнюю политику, поддерживают Израиль, видят в Трампе «своего» лидера и относятся к войне в Украине с заметным скептицизмом. Этот скептицизм не обязательно означает симпатию к России. Он означает, что они не видят в этой войне «священной» миссии. Для них это — политика, а не битва добра со злом.
В Украине протестанты оказались в более сложном положении. Они поддерживают своё правительство и воюют. Но их американские братья смотрят на это иначе. Этот разрыв может быть использован. В будущем украинские протестанты могут оказаться перед выбором: остаться с национальным государством или присоединиться к глобальной сети, которая будет строить новый порядок.
И этот выбор, скорее всего, уже предопределён. Протестанты — это идеальный «материал» для пост-государственного управления. Они уже отделены от национальной идентичности. Они уже имеют внутреннюю дисциплину. Они уже готовы к жизни в закрытых, управляемых общинах. Они уже связаны с глобальными сетями. Их скептицизм к войне, их критика Запада и их ветхозаветный нарратив делают их естественными союзниками тех, кто будет строить новый порядок после разрушения старого.
Часть III. Вероятностные ветви сценария
Исходя из этой картины, можно выделить несколько вероятностных ветвей.
Первая ветвь: Украина обвиняет Запад и националистов.
После войны новая украинская власть (или та же, но под давлением) инициирует расследование. Запад обвиняется создании условий для начала войны, блокировании мирного процесса и использовании украинцев как пушечного мяса в своих стратегиях. Националистические формирования обвиняются в радикализме и провокациях. Протестанты выступают как «голос совести», который предупреждал о катастрофе. Они получают моральный авторитет и место в новом управлении.
Вторая ветвь: Украина распадается на зоны влияния.
Если государство ослабнет, протестантские общины могут стать локальными центpами власти. Они уже имеют экономическую базу и организационную структуру. Они могут заменить государство на местах, особенно в регионах, где традиционные институты ослаблены.
Третья ветвь: Протестанты становятся мостом между Востоком и Западом.
Их связи с американскими протестантами и их скептицизм к войне могут сделать их посредниками в будущих переговорах. Они могут быть представлены как «нейтральная» сила, которая не заинтересована в продолжении конфликта. Это даст им политический вес.
Четвёртая ветвь: Национализм объявляется вне закона.
Если сценарий будет реализован полностью, украинский национализм может быть маркирован как «экстремизм». Его носители будут исключены из публичного дискурса. Протестанты, напротив, будут представлены как «здоровая» альтернатива.
Часть IV. Что это значит для Украины и для мира
Если этот сценарий реализуется, Украина может не просто потерять территории. Она может потерять свою идентичность. Национализм будет дискредитирован. Традиционная церковь будет ослаблена. Протестантские общины, связанные с глобальными сетями, станут новой элитой. Государство будет заменено корпоративным или сетевым управлением.
Для мира это будет означать, что прежняя модель — государство, нация, суверенитет — окончательно уходит в прошлое. На её место приходит новая: закрытые общины, частные суды, контрактные отношения, глобальные сети. И Украина станет не просто жертвой, а полигоном, на котором эту модель обкатали.
Часть V. Вопрос к участникам форума
Мы стоим перед выбором. Мы можем продолжать верить в старые нарративы — демократию, свободу, национальное государство. Или мы можем признать, что они уже не работают, и попытаться понять, что идёт им на смену. Но для этого нужно увидеть архитектуру. Увидеть, как религия, идентичность и война переплетаются в одном сценарии. Увидеть, кто стоит за этим сценарием. И понять, какова наша роль в нём.
Секулярный гуманизм как главная мишень: игра на выбывание
Мы говорили о войне, о национализме, о протестантах, о Западе. Но если собрать всё воедино, становится видна главная цель, ради которой, возможно, и строится этот многослойный сценарий. Речь идёт не просто о победе одной страны над другой или о смене политического режима. Речь идёт об историческом вытеснении секулярного западного гуманизма как мировоззренческой и моральной системы.
Что такое секулярный гуманизм и почему он мешает
Для тех, кто строит этот сценарий, секулярный гуманизм — это не просто «либеральные ценности». Это сама основа того мира, где:
- Человек является высшей ценностью, независимо от его веры, происхождения или полезности.
- Права человека признаются как неотъемлемые и универсальные.
- Государство рассматривается как инструмент защиты этих прав.
- Международное право имеет значение.
- Свобода совести и слова — не привилегия, а норма.
В новой архитектуре, которую мы обсуждаем, всему этому нет места. Там человек — это функция, а не цель. Государство — это помеха, а не защита. Свобода — это иллюзия, а не ценность. Секулярный гуманизм должен быть не просто «побеждён» — он должен быть дискредитирован и стёрт из истории как несостоятельный, лицемерный и даже вредный проект.
Как война служит этой цели
Война в Украине — это не только военный конфликт. Это операция по демонтажу морального авторитета секулярного гуманизма. Как это работает?
1. Запад выступает как гарант гуманистических ценностей. Он заявляет, что защищает Украину во имя свободы и демократии.
2. Запад затягивает войну, даёт дозированную помощь и толкает Украину в контрнаступление без достаточного оснащения. Это создаёт компромат, который позже будет использован как доказательство того, что Запад не защищает, а использует.
3. Украина обвиняет Запад в предательстве. Новое руководство (или новое поколение политиков) предъявляет счёт: «Вы нас не защитили. Вы использовали нас как пушечное мясо. Ваши ценности — это ложь».
4. Секулярный гуманизм объявляется лицемерным и несостоятельным. Если Запад, который считает себя носителем этих ценностей, ведёт себя так, то сами ценности теряют доверие.
5. На сцену выходят альтернативные нарративы. Протестантские общины, ветхозаветные концепции, «традиционные ценности» — всё это предлагается как замена «гнилому» гуманизму.
Почему протестанты и ветхозаветный нарратив — удобная замена
Секулярному гуманизму противопоставляется не просто «религия». Ему противопоставляется конкретная версия религии, которая уже готова к пост-государственному миру.
Что предлагает секулярный гуманизм:
- универсальные права человека
- государство как защита прав
- свобода и ответственность
- равенство перед законом
Что предлагает новая архитектура:
- иерархия и разделение на "избранных" и "грешников"
- безгосударственная система с частными арбитрами
- дисциплина и подчинение закону (ветхозаветному)
- "праведность" как основа статуса.
Этот переход маскируется под «возвращение к традициям», «защиту веры» или «борьбу с бездуховностью». Но на деле это — создание новой системы управления, где религия становится не верой, а операционной системой.
Как это будет преподнесено истории
В учебниках будущего (если они вообще будут) секулярный гуманизм, вероятно, будет описан примерно так:
>«В XX–XXI веках Запад создал идеологию, которая ставила человека выше Бога, а права — выше ответственности. Это привело к моральному релятивизму, утрате традиций и, в конечном счёте, к саморазрушению. Украинская война стала последним актом этого проекта, когда Запад показал свою истинную суть — лицемерную, слабую и предательскую. На смену этому пришла новая эпоха, где вера, дисциплина и иерархия стали основой общественного порядка».
Звучит как карикатура. Но именно такие нарративы уже формируются в определённых кругах. И война даёт для них неоспоримый материал.
Что остаётся человеку
Если этот сценарий реализуется, то человеку (особенно в Украине и на постсоветском пространстве) останется выбор из трёх путей:
1. Принять новый порядок. Стать частью общины, соблюдать закон, быть «чистым», отказаться от старых ценностей.
2. Эмигрировать. Попытаться сохранить себя в стране, где секулярный гуманизм ещё не умер.
3. Сопротивляться. Но в мире, где государство — фикция, а право — инструмент, сопротивление становится почти невозможным.
Заключение
Война в Украине — это не просто борьба за территории. Это поле, на котором решается, какой мир придёт на смену старому. И если секулярный гуманизм будет дискредитирован, если Запад будет объявлен предателем, а национализм — радикализмом, то новым миром будет управлять иная сила. Она будет говорить о Боге, но служить контролю. Она будет говорить о свободе, но строить иерархию. Она будет говорить о мире, но использовать войну как инструмент.
Постскриптум: архитекторы, протестанты, православные и призрачный финал
То, что я хочу добавить, — это не продолжение анализа, а скорее предостережение. Мы обсуждали архитектуру, но мы не говорили о том, кто её создаёт. Мы говорили о протестантах, о националистах, о Западе, но мы почти не касались тех, кто остаётся за кадром. А ведь именно там, за кадром, находится, возможно, самый важный элемент этого сценария.
Архитекторы должны остаться невидимыми. Это не просто стратегия — это условие их существования. Видимая архитектура общества может не отражать их реальный замысел. То, что мы видим как «религиозное возрождение», «борьбу с секуляризмом» или «защиту традиционных ценностей», может быть лишь декорацией, за которой скрывается совсем иная природа.
Протестанты как ближайшая лояльная группа
Удачное совпадение протестантского мировоззрения с элементами ветхозаветного нарратива и поддержкой Израиля создаёт идеальную платформу для союза. Протестанты верят, что евреи остаются избранным народом. Они видят в современном Израиле исполнение пророчеств. Они готовы поддерживать его политически и теологически. Это делает их естественными союзниками тех, для кого этот нарратив является не верой, а инструментом.
Но здесь важно одно «но». Протестанты могут быть не «союзниками», а «попутчиками». Они могут искренне верить в то, что они служат Богу, но на самом деле служить системе, которая использует их веру как топливо. И когда их функция будет выполнена, они могут быть оставлены. Как большевики оставляли своих попутчиков после революции.
Православные в будущем раскладе
Православные в этом сценарии оказываются в самом сложном положении. Они уже частично дискредитированы — и в России, и в Украине. В России — через компроматы и управление иерархами (в том числе через сексуальный компромат, о котором ходят упорные слухи). В Украине — через политические манипуляции и расколы, которые ослабили их авторитет.
Они объективно не совпадают с целями проекта. Они слишком связаны с национальной идентичностью, с государством, с традицией, которая не вписывается в пост-государственный порядок. Поэтому они, скорее всего, останутся в положении мало что понимающей массы, которая направляется сверху, но не осознаёт всей картины.
Это не значит, что православные будут уничтожены. Это значит, что их роль будет маргинализирована. Они станут фоном, на котором разворачивается новый порядок. Но они не будут его архитекторами. Возможно, они не будут даже его жертвами. Они просто перестанут быть значимыми.
Архитекторы остаются за кадром
Кто же тогда архитекторы? Этот вопрос остаётся открытым. Но можно предположить, что они не являются ни протестантами, ни православными. Они не являются частью национальных государств. Они не являются частью публичной политики. Они действуют через сети, через капитал, через технологии, через идеологии, которые они сами создают.
Их природа может быть не религиозной, а функциональной. Они используют религию как инструмент, но сами не являются её носителями. Они используют национализм как инструмент, но сами не являются его носителями. Они используют войну как инструмент, но сами не являются её участниками. Их цель — не победа одной стороны, а создание условий, в которых старый мир рухнет, а новый будет построен по их чертежам.
И здесь возникает самая важная, самая циничная мысль. После того как архитекторы используют протестантов для «грязной работы», которая будет называться «чистой» и «божественной», они могут быть списаны. Как большевики списывали своих союзников после революции. Как Запад списывал Украину после войны. Как система списывает всех, кто перестаёт быть нужным.
Протестанты, которые сейчас думают, что они строят Царство Божие, могут оказаться просто пешками в чужой сатанинской игре. Их эсхатологические ожидания могут быть использованы как топливо, а когда топливо сгорит, их просто выбросят. И тогда они останутся с пустотой — без государства, без общины, без смысла.
Что это значит для нас
Для нас — для тех, кто пытается понять этот сценарий — это означает, что мы не должны доверять ни одной из видимых сил. Мы не должны верить, что протестанты — это «спасители», а православные — «жертвы». Мы не должны верить, что Запад — это «защитник», а Россия — «агрессор». Всё это может быть частью одного сценария, где каждая сторона играет свою роль, но никто не знает всей картины.
Единственный способ выжить в этом мире — научиться видеть архитектуру. Видеть, кто остаётся за кадром. Видеть, как вера, политика и война переплетаются в один узел. Видеть, что даже самые священные нарративы могут быть инструментами в руках тех, кто строит новый порядок.
И тогда, возможно, мы сможем сделать выбор, который не будет предопределён архитекторами. Мы сможем отказаться от роли, которую нам назначили. Мы сможем сохранить себя — не как «материал», а как людей. Мы сможем не дать себя использовать, не дать себя списать.
Отредактировано Vladdt (08.07.2026 21:00:50)
Война в Украине давно перестала быть просто военным конфликтом. Она стала местом, где пересекаются национальные идентичности, религиозные традиции, политические стратегии и глобальные интересы. И в этом пересечении, как мне кажется, можно увидеть не случайный хаос, а определённую архитектуру.
Я хочу предложить вашему вниманию размышление о том, как религиозный фактор — особенно протестантский — может быть использован в этом сценарии, и к чему это может привести.
Часть I. Православие, национализм и «языческий» компромат
С начала войны украинское общество продемонстрировало небывалый уровень консолидации. Это была защита не просто территории, а самой идентичности. Но вместе с этим в публичном поле появились и другие явления: воинские ритуалы, которые вызывали вопросы у традиционных верующих. Некоторые из них напоминали дохристианские, языческие обряды. Это фиксировалось на видео, обсуждалось в соцсетях, вызывало споры.
Что, если это не случайность? Что, если эти ритуалы — не результат культурного поиска, а часть более крупного сценария?
В будущем, когда война закончится, эти кадры могут быть использованы. Их могут предъявить как доказательство того, что украинское сопротивление было не «христианским», а «языческим», «радикальным», «оторванным от традиций». Это позволит объявить украинский национализм не защитой, а угрозой. И тогда те, кто сегодня считают себя героями, завтра могут стать «козлами отпущения».
Часть II. Протестанты: «здоровая» сила или скрытый игрок?
На этом фоне особое место занимают протестантские общины. В отличие от православных, они не связаны с национальной идентичностью. В отличие от националистических формирований, они не создают «языческих» образов. Они дисциплинированы, закрыты, имеют чёткую иерархию и, что важно, — глобальные связи.
В США протестантские круги (особенно евангельские) являются заметной политической силой. Они влияют на внешнюю политику, поддерживают Израиль, видят в Трампе «своего» лидера и относятся к войне в Украине с заметным скептицизмом. Этот скептицизм не обязательно означает симпатию к России. Он означает, что они не видят в этой войне «священной» миссии. Для них это — политика, а не битва добра со злом.
В Украине протестанты оказались в более сложном положении. Они поддерживают своё правительство и воюют. Но их американские братья смотрят на это иначе. Этот разрыв может быть использован. В будущем украинские протестанты могут оказаться перед выбором: остаться с национальным государством или присоединиться к глобальной сети, которая будет строить новый порядок.
И этот выбор, скорее всего, уже предопределён. Протестанты — это идеальный «материал» для пост-государственного управления. Они уже отделены от национальной идентичности. Они уже имеют внутреннюю дисциплину. Они уже готовы к жизни в закрытых, управляемых общинах. Они уже связаны с глобальными сетями. Их скептицизм к войне, их критика Запада и их ветхозаветный нарратив делают их естественными союзниками тех, кто будет строить новый порядок после разрушения старого.
Часть III. Вероятностные ветви сценария
Исходя из этой картины, можно выделить несколько вероятностных ветвей.
Первая ветвь: Украина обвиняет Запад и националистов.
После войны новая украинская власть (или та же, но под давлением) инициирует расследование. Запад обвиняется создании условий для начала войны, блокировании мирного процесса и использовании украинцев как пушечного мяса в своих стратегиях. Националистические формирования обвиняются в радикализме и провокациях. Протестанты выступают как «голос совести», который предупреждал о катастрофе. Они получают моральный авторитет и место в новом управлении.
Вторая ветвь: Украина распадается на зоны влияния.
Если государство ослабнет, протестантские общины могут стать локальными центpами власти. Они уже имеют экономическую базу и организационную структуру. Они могут заменить государство на местах, особенно в регионах, где традиционные институты ослаблены.
Третья ветвь: Протестанты становятся мостом между Востоком и Западом.
Их связи с американскими протестантами и их скептицизм к войне могут сделать их посредниками в будущих переговорах. Они могут быть представлены как «нейтральная» сила, которая не заинтересована в продолжении конфликта. Это даст им политический вес.
Четвёртая ветвь: Национализм объявляется вне закона.
Если сценарий будет реализован полностью, украинский национализм может быть маркирован как «экстремизм». Его носители будут исключены из публичного дискурса. Протестанты, напротив, будут представлены как «здоровая» альтернатива.
Часть IV. Что это значит для Украины и для мира
Если этот сценарий реализуется, Украина может не просто потерять территории. Она может потерять свою идентичность. Национализм будет дискредитирован. Традиционная церковь будет ослаблена. Протестантские общины, связанные с глобальными сетями, станут новой элитой. Государство будет заменено корпоративным или сетевым управлением.
Для мира это будет означать, что прежняя модель — государство, нация, суверенитет — окончательно уходит в прошлое. На её место приходит новая: закрытые общины, частные суды, контрактные отношения, глобальные сети. И Украина станет не просто жертвой, а полигоном, на котором эту модель обкатали.
Часть V. Вопрос к участникам форума
Мы стоим перед выбором. Мы можем продолжать верить в старые нарративы — демократию, свободу, национальное государство. Или мы можем признать, что они уже не работают, и попытаться понять, что идёт им на смену. Но для этого нужно увидеть архитектуру. Увидеть, как религия, идентичность и война переплетаются в одном сценарии. Увидеть, кто стоит за этим сценарием. И понять, какова наша роль в нём.
Секулярный гуманизм как главная мишень: игра на выбывание
Мы говорили о войне, о национализме, о протестантах, о Западе. Но если собрать всё воедино, становится видна главная цель, ради которой, возможно, и строится этот многослойный сценарий. Речь идёт не просто о победе одной страны над другой или о смене политического режима. Речь идёт об историческом вытеснении секулярного западного гуманизма как мировоззренческой и моральной системы.
Что такое секулярный гуманизм и почему он мешает
Для тех, кто строит этот сценарий, секулярный гуманизм — это не просто «либеральные ценности». Это сама основа того мира, где:
- Человек является высшей ценностью, независимо от его веры, происхождения или полезности.
- Права человека признаются как неотъемлемые и универсальные.
- Государство рассматривается как инструмент защиты этих прав.
- Международное право имеет значение.
- Свобода совести и слова — не привилегия, а норма.
В новой архитектуре, которую мы обсуждаем, всему этому нет места. Там человек — это функция, а не цель. Государство — это помеха, а не защита. Свобода — это иллюзия, а не ценность. Секулярный гуманизм должен быть не просто «побеждён» — он должен быть дискредитирован и стёрт из истории как несостоятельный, лицемерный и даже вредный проект.
Как война служит этой цели
Война в Украине — это не только военный конфликт. Это операция по демонтажу морального авторитета секулярного гуманизма. Как это работает?
1. Запад выступает как гарант гуманистических ценностей. Он заявляет, что защищает Украину во имя свободы и демократии.
2. Запад затягивает войну, даёт дозированную помощь и толкает Украину в контрнаступление без достаточного оснащения. Это создаёт компромат, который позже будет использован как доказательство того, что Запад не защищает, а использует.
3. Украина обвиняет Запад в предательстве. Новое руководство (или новое поколение политиков) предъявляет счёт: «Вы нас не защитили. Вы использовали нас как пушечное мясо. Ваши ценности — это ложь».
4. Секулярный гуманизм объявляется лицемерным и несостоятельным. Если Запад, который считает себя носителем этих ценностей, ведёт себя так, то сами ценности теряют доверие.
5. На сцену выходят альтернативные нарративы. Протестантские общины, ветхозаветные концепции, «традиционные ценности» — всё это предлагается как замена «гнилому» гуманизму.
Почему протестанты и ветхозаветный нарратив — удобная замена
Секулярному гуманизму противопоставляется не просто «религия». Ему противопоставляется конкретная версия религии, которая уже готова к пост-государственному миру.
Что предлагает секулярный гуманизм:
- универсальные права человека
- государство как защита прав
- свобода и ответственность
- равенство перед законом
Что предлагает новая архитектура:
- иерархия и разделение на "избранных" и "грешников"
- безгосударственная система с частными арбитрами
- дисциплина и подчинение закону (ветхозаветному)
- "праведность" как основа статуса.
Этот переход маскируется под «возвращение к традициям», «защиту веры» или «борьбу с бездуховностью». Но на деле это — создание новой системы управления, где религия становится не верой, а операционной системой.
Как это будет преподнесено истории
В учебниках будущего (если они вообще будут) секулярный гуманизм, вероятно, будет описан примерно так:
>«В XX–XXI веках Запад создал идеологию, которая ставила человека выше Бога, а права — выше ответственности. Это привело к моральному релятивизму, утрате традиций и, в конечном счёте, к саморазрушению. Украинская война стала последним актом этого проекта, когда Запад показал свою истинную суть — лицемерную, слабую и предательскую. На смену этому пришла новая эпоха, где вера, дисциплина и иерархия стали основой общественного порядка».
Звучит как карикатура. Но именно такие нарративы уже формируются в определённых кругах. И война даёт для них неоспоримый материал.
Что остаётся человеку
Если этот сценарий реализуется, то человеку (особенно в Украине и на постсоветском пространстве) останется выбор из трёх путей:
1. Принять новый порядок. Стать частью общины, соблюдать закон, быть «чистым», отказаться от старых ценностей.
2. Эмигрировать. Попытаться сохранить себя в стране, где секулярный гуманизм ещё не умер.
3. Сопротивляться. Но в мире, где государство — фикция, а право — инструмент, сопротивление становится почти невозможным.
Заключение
Война в Украине — это не просто борьба за территории. Это поле, на котором решается, какой мир придёт на смену старому. И если секулярный гуманизм будет дискредитирован, если Запад будет объявлен предателем, а национализм — радикализмом, то новым миром будет управлять иная сила. Она будет говорить о Боге, но служить контролю. Она будет говорить о свободе, но строить иерархию. Она будет говорить о мире, но использовать войну как инструмент.
Постскриптум: архитекторы, протестанты, православные и призрачный финал
То, что я хочу добавить, — это не продолжение анализа, а скорее предостережение. Мы обсуждали архитектуру, но мы не говорили о том, кто её создаёт. Мы говорили о протестантах, о националистах, о Западе, но мы почти не касались тех, кто остаётся за кадром. А ведь именно там, за кадром, находится, возможно, самый важный элемент этого сценария.
Архитекторы должны остаться невидимыми. Это не просто стратегия — это условие их существования. Видимая архитектура общества может не отражать их реальный замысел. То, что мы видим как «религиозное возрождение», «борьбу с секуляризмом» или «защиту традиционных ценностей», может быть лишь декорацией, за которой скрывается совсем иная природа.
Протестанты как ближайшая лояльная группа
Удачное совпадение протестантского мировоззрения с элементами ветхозаветного нарратива и поддержкой Израиля создаёт идеальную платформу для союза. Протестанты верят, что евреи остаются избранным народом. Они видят в современном Израиле исполнение пророчеств. Они готовы поддерживать его политически и теологически. Это делает их естественными союзниками тех, для кого этот нарратив является не верой, а инструментом.
Но здесь важно одно «но». Протестанты могут быть не «союзниками», а «попутчиками». Они могут искренне верить в то, что они служат Богу, но на самом деле служить системе, которая использует их веру как топливо. И когда их функция будет выполнена, они могут быть оставлены. Как большевики оставляли своих попутчиков после революции.
Православные в будущем раскладе
Православные в этом сценарии оказываются в самом сложном положении. Они уже частично дискредитированы — и в России, и в Украине. В России — через компроматы и управление иерархами (в том числе через сексуальный компромат, о котором ходят упорные слухи). В Украине — через политические манипуляции и расколы, которые ослабили их авторитет.
Они объективно не совпадают с целями проекта. Они слишком связаны с национальной идентичностью, с государством, с традицией, которая не вписывается в пост-государственный порядок. Поэтому они, скорее всего, останутся в положении мало что понимающей массы, которая направляется сверху, но не осознаёт всей картины.
Это не значит, что православные будут уничтожены. Это значит, что их роль будет маргинализирована. Они станут фоном, на котором разворачивается новый порядок. Но они не будут его архитекторами. Возможно, они не будут даже его жертвами. Они просто перестанут быть значимыми.
Архитекторы остаются за кадром
Кто же тогда архитекторы? Этот вопрос остаётся открытым. Но можно предположить, что они не являются ни протестантами, ни православными. Они не являются частью национальных государств. Они не являются частью публичной политики. Они действуют через сети, через капитал, через технологии, через идеологии, которые они сами создают.
Их природа может быть не религиозной, а функциональной. Они используют религию как инструмент, но сами не являются её носителями. Они используют национализм как инструмент, но сами не являются его носителями. Они используют войну как инструмент, но сами не являются её участниками. Их цель — не победа одной стороны, а создание условий, в которых старый мир рухнет, а новый будет построен по их чертежам.
И здесь возникает самая важная, самая циничная мысль. После того как архитекторы используют протестантов для «грязной работы», которая будет называться «чистой» и «божественной», они могут быть списаны. Как большевики списывали своих союзников после революции. Как Запад списывал Украину после войны. Как система списывает всех, кто перестаёт быть нужным.
Протестанты, которые сейчас думают, что они строят Царство Божие, могут оказаться просто пешками в чужой сатанинской игре. Их эсхатологические ожидания могут быть использованы как топливо, а когда топливо сгорит, их просто выбросят. И тогда они останутся с пустотой — без государства, без общины, без смысла.
Что это значит для нас
Для нас — для тех, кто пытается понять этот сценарий — это означает, что мы не должны доверять ни одной из видимых сил. Мы не должны верить, что протестанты — это «спасители», а православные — «жертвы». Мы не должны верить, что Запад — это «защитник», а Россия — «агрессор». Всё это может быть частью одного сценария, где каждая сторона играет свою роль, но никто не знает всей картины.
Единственный способ выжить в этом мире — научиться видеть архитектуру. Видеть, кто остаётся за кадром. Видеть, как вера, политика и война переплетаются в один узел. Видеть, что даже самые священные нарративы могут быть инструментами в руках тех, кто строит новый порядок.
И тогда, возможно, мы сможем сделать выбор, который не будет предопределён архитекторами. Мы сможем отказаться от роли, которую нам назначили. Мы сможем сохранить себя — не как «материал», а как людей. Мы сможем не дать себя использовать, не дать себя списать.
Отредактировано Vladdt (08.07.2026 21:00:50)
Очень длинный диалог был с deepseek.metropol писал(а):Хороший пост, тоже часто об этом думаю в последнее время. Не с точки зрения протестантизма, а именно пост-государства. Фурсов об этом тоже давно рассказывает. Так понимаю, это рассуждения нейросети. Что за модель?
Он структурировано изложил мои наблюдения, предположения и выводы, проверяя факты и логику.
Интересно, что наш диалог двухмесячной продолжительности исчерпал лимит после того как был сформирован этот постскриптум.
Отредактировано Vladdt (08.07.2026 23:12:21)
Приветствую! Вот задался себе вопросом, а что за многолетнее СВО это такое? Говорили то что “защищаемся” от “врагов, бандеровцев, террористов” - а помимо предприятий как “Волчанский агрегатный завод” разрушались и детские сады, школы, лицей, гимназия, техникум, больницы, парки, спортивные комплексы, жилые дома? Весь город стёрт с лица земли. Забавное то что на картах “гуглояндекса” Волчанск целый.
Волчанск(Вовчанськ) расположен на северо-востоке Харьковской области, менее чем в 10 километрах от границы с Белгородской областью России. Город находится на Волчьей реке, которая через 6 километров впадает в реку Северский Донец.
Население: 2013 - 19 082 человек. 2019 - 18 127 человек. 2023 - 3500 человек. 2024 - 500 человек.
Картинки до и после …
К 2025 году российские войска сравняли город с землёй. В городе не осталось ни одного целого здания…
Волчанск(Вовчанськ) расположен на северо-востоке Харьковской области, менее чем в 10 километрах от границы с Белгородской областью России. Город находится на Волчьей реке, которая через 6 километров впадает в реку Северский Донец.
Население: 2013 - 19 082 человек. 2019 - 18 127 человек. 2023 - 3500 человек. 2024 - 500 человек.
Картинки до и после …
ru.wiki: В результате наступления ВС РФ 10 мая 2024 года на севере Харьковской области город подвергся сильным разрушениям, более 90 % города было разрушено.Волчанск Харьковская область. #волчанск #документалистика [0:51]
YouTube: Gargonamedia, 27 июл. 2025 г.
Волчанск, Харьковской области с высоты птичьего полёта.
К 2025 году российские войска сравняли город с землёй. В городе не осталось ни одного целого здания…
Неудобные вопросы, которые никто не задаёт
В центре российской пропаганды с самого начала войны лежит тезис о «нацистском режиме в Киеве». Это не второстепенный аргумент — это главное обоснование вторжения, именно на нём выстроена внутренняя легитимация войны для российского общества. Именно этот тезис позволяет представить агрессию как «священную борьбу», а не как войну против соседней страны.
И здесь возникает вопрос, который почему-то не звучит с той остротой, которой он заслуживает.
Факт, который нельзя не заметить
Украинское руководство с самого начала войны столкнулось с обвинением, которое имеет конкретное историческое и юридическое содержание: «в Украине установлен нацистский режим, и это требует внешнего вмешательства».
Это обвинение можно опровергнуть. Для этого существует целый ряд международных организаций, которые десятилетиями занимаются изучением нацизма, Холокоста, его исторических корней и современных проявлений. «Яд Вашем», Всемирный еврейский конгресс, Институт по изучению Холокоста, другие центры — они имеют авторитет, экспертизу и признание в мире.
Их заключение могло бы стать мощным инструментом в информационной войне. Оно могло бы показать, есть ли в Украине реальные признаки нацистской угрозы, требующей внешнего вмешательства, или же это пропагандистский конструкт.
Но этого не было сделано.
Украинское руководство не обращалось в эти организации с запросом на всестороннее исследование, не предоставляло им доступа к данным, не просило дать публичное заключение, которое могло бы стать основой для системного опровержения российского нарратива.
Вопрос: почему?
Аналогия, которая всё объясняет
Представьте, что человека обвиняют в оскорблении. Ключевой вопрос — является ли произнесённое им слово оскорбительным? Его адвокат мог бы запросить экспертизу у специалиста-лингвиста. Если он этого не делает, если он не использует очевидный и доступный инструмент защиты — это не просто ошибка. Это профессиональное преступление. Это значит, что адвокат не заинтересован в оправдании своего клиента.
Так и здесь. Если обвинение в нацизме — центральное, определяющее оправдание войны, то отсутствие попытки получить независимое экспертное заключение выглядит не как недосмотр, а как сознательное решение.
Либо украинское руководство не заинтересовано в опровержении этого обвинения. Либо оно боится, что заключение не будет в его пользу. Либо оно не хочет, чтобы война заканчивалась.
Почему это особенно показательно в контексте информационной войны
Российская пропаганда работает системно. Она использует прошлое как оружие. Холокост, Вторая мировая война, победа над нацизмом — всё это становится топливом для современной политики. Тезис о «денацификации» — это не случайный лозунг, а тщательно выстроенный нарратив, который легитимирует войну для российского общества.
В ответ на это Украина могла бы использовать тот же исторический ресурс, но с противоположным знаком. Она могла бы показать, что независимые эксперты, хранители памяти о Холокосте, признают отсутствие нацистской угрозы в Украине. Что обвинения России не имеют под собой оснований.
Но этого не происходит.
Вместо этого мы видим ситуацию, где Украина не просто не опровергает обвинение — она оставляет его висеть в воздухе, не используя очевидные инструменты для его снятия.
Что это значит в свете войны
Если война — это просто результат агрессии, которую нужно остановить, то логично использовать все доступные инструменты для её прекращения. Опровержение главного обоснования войны через независимых экспертов — один из таких инструментов.
Если этот инструмент не используется, возникает закономерный вопрос: а действительно ли украинское руководство заинтересовано в прекращении войны?
И ещё один факт
Еврейские организации в Украине и за её пределами делали заявления о том, что тезис о «нацистском режиме в Киеве» не соответствует действительности. Посол Израиля в Украине Михаил Бродский называл обвинения в нацизме «полной чушью». Объединённая еврейская община Украины заявляла, что «никаких нацистов при власти в Украине нет».
Но эти заявления не были результатом системного запроса. Они не были оформлены как экспертное заключение. Они не стали основой для полноценной информационной кампании.
Это разница между реактивными комментариями и стратегическим использованием экспертного ресурса.
Вопросы, на которые нет ответов
Если обвинение в нацизме — главное оправдание войны, почему украинское руководство не обратилось в «Яд Вашем» и другие организации с просьбой дать всестороннюю оценку?
Почему не был создан единый пакет документов, который мог бы системно опровергнуть российскую пропаганду?
Почему не был использован авторитет институций, которые десятилетиями изучают нацизм и Холокост?
И самое главное — что означает это отсутствие действий в свете того, что война продолжается, а пропаганде уделяется огромное внимание?
Эти вопросы неудобны. Но они лежат на поверхности. И на них нет ответов.
Ответ на этот вопрос может изменить многое в понимании того, что мы наблюдаем.
Отредактировано Vladdt (21.07.2026 20:07:23)
В центре российской пропаганды с самого начала войны лежит тезис о «нацистском режиме в Киеве». Это не второстепенный аргумент — это главное обоснование вторжения, именно на нём выстроена внутренняя легитимация войны для российского общества. Именно этот тезис позволяет представить агрессию как «священную борьбу», а не как войну против соседней страны.
И здесь возникает вопрос, который почему-то не звучит с той остротой, которой он заслуживает.
Факт, который нельзя не заметить
Украинское руководство с самого начала войны столкнулось с обвинением, которое имеет конкретное историческое и юридическое содержание: «в Украине установлен нацистский режим, и это требует внешнего вмешательства».
Это обвинение можно опровергнуть. Для этого существует целый ряд международных организаций, которые десятилетиями занимаются изучением нацизма, Холокоста, его исторических корней и современных проявлений. «Яд Вашем», Всемирный еврейский конгресс, Институт по изучению Холокоста, другие центры — они имеют авторитет, экспертизу и признание в мире.
Их заключение могло бы стать мощным инструментом в информационной войне. Оно могло бы показать, есть ли в Украине реальные признаки нацистской угрозы, требующей внешнего вмешательства, или же это пропагандистский конструкт.
Но этого не было сделано.
Украинское руководство не обращалось в эти организации с запросом на всестороннее исследование, не предоставляло им доступа к данным, не просило дать публичное заключение, которое могло бы стать основой для системного опровержения российского нарратива.
Вопрос: почему?
Аналогия, которая всё объясняет
Представьте, что человека обвиняют в оскорблении. Ключевой вопрос — является ли произнесённое им слово оскорбительным? Его адвокат мог бы запросить экспертизу у специалиста-лингвиста. Если он этого не делает, если он не использует очевидный и доступный инструмент защиты — это не просто ошибка. Это профессиональное преступление. Это значит, что адвокат не заинтересован в оправдании своего клиента.
Так и здесь. Если обвинение в нацизме — центральное, определяющее оправдание войны, то отсутствие попытки получить независимое экспертное заключение выглядит не как недосмотр, а как сознательное решение.
Либо украинское руководство не заинтересовано в опровержении этого обвинения. Либо оно боится, что заключение не будет в его пользу. Либо оно не хочет, чтобы война заканчивалась.
Почему это особенно показательно в контексте информационной войны
Российская пропаганда работает системно. Она использует прошлое как оружие. Холокост, Вторая мировая война, победа над нацизмом — всё это становится топливом для современной политики. Тезис о «денацификации» — это не случайный лозунг, а тщательно выстроенный нарратив, который легитимирует войну для российского общества.
В ответ на это Украина могла бы использовать тот же исторический ресурс, но с противоположным знаком. Она могла бы показать, что независимые эксперты, хранители памяти о Холокосте, признают отсутствие нацистской угрозы в Украине. Что обвинения России не имеют под собой оснований.
Но этого не происходит.
Вместо этого мы видим ситуацию, где Украина не просто не опровергает обвинение — она оставляет его висеть в воздухе, не используя очевидные инструменты для его снятия.
Что это значит в свете войны
Если война — это просто результат агрессии, которую нужно остановить, то логично использовать все доступные инструменты для её прекращения. Опровержение главного обоснования войны через независимых экспертов — один из таких инструментов.
Если этот инструмент не используется, возникает закономерный вопрос: а действительно ли украинское руководство заинтересовано в прекращении войны?
И ещё один факт
Еврейские организации в Украине и за её пределами делали заявления о том, что тезис о «нацистском режиме в Киеве» не соответствует действительности. Посол Израиля в Украине Михаил Бродский называл обвинения в нацизме «полной чушью». Объединённая еврейская община Украины заявляла, что «никаких нацистов при власти в Украине нет».
Но эти заявления не были результатом системного запроса. Они не были оформлены как экспертное заключение. Они не стали основой для полноценной информационной кампании.
Это разница между реактивными комментариями и стратегическим использованием экспертного ресурса.
Вопросы, на которые нет ответов
Если обвинение в нацизме — главное оправдание войны, почему украинское руководство не обратилось в «Яд Вашем» и другие организации с просьбой дать всестороннюю оценку?
Почему не был создан единый пакет документов, который мог бы системно опровергнуть российскую пропаганду?
Почему не был использован авторитет институций, которые десятилетиями изучают нацизм и Холокост?
И самое главное — что означает это отсутствие действий в свете того, что война продолжается, а пропаганде уделяется огромное внимание?
Эти вопросы неудобны. Но они лежат на поверхности. И на них нет ответов.
Ответ на этот вопрос может изменить многое в понимании того, что мы наблюдаем.
Отредактировано Vladdt (21.07.2026 20:07:23)
-
techno_log
- Сообщения: 36
- Зарегистрирован: 15.08.2024, 19:03
а всё дело в том, что ни в Москве, ни в Киеве не решают воевать или нет, там всего лишь исполгители, решает лондонский сити.
Зеленский в свою очередь и поставлен на эту роль, чтобы бойня НА украине продолжалась.
Сначала части русского народа, ещё 100+ лет назад внушили, что они «украинцы», а не русские, т.е. эта бойня сначала сформировалась в их сознании, и в 2014-м этот процесс был завершён, далее началась уже горячая фаза гражданской войны, и она будет продолжена буквально «до последнего украинца»
Зеленский в свою очередь и поставлен на эту роль, чтобы бойня НА украине продолжалась.
Сначала части русского народа, ещё 100+ лет назад внушили, что они «украинцы», а не русские, т.е. эта бойня сначала сформировалась в их сознании, и в 2014-м этот процесс был завершён, далее началась уже горячая фаза гражданской войны, и она будет продолжена буквально «до последнего украинца»
Продолжу экскурсию по городам, если позволите: Бахмут (Артёмовск) - город в Донецкой области. Расположен на Бахмут-Торецкой возвышенности Донецкого кряжа на реке Бахмут, в 89 километрах к северо-востоку от Донецка. Бахмут находится в 3 км от автострады E40 М03 (Киев — Харьков) и в 7 км от канала Северский Донец - Донбасс.Dmitrу от 20.05.23 писал(а):Взят Бахмут, теперь … можно его сдавать, чтобы угробить ещё сотню тысяч человек с обоих сторон (за Спасибо). Хотя... в Славянске и Краматорске можно угробить ещё больше… Сколько бы не угробили с обоих сторон (?) они погибают за интересы…
Что было построено:ru.wiki:
Промышленность: в 1975 году в городе функционировало 64 промышленных предприятия.
ЗАО Артёмовский машиностроительный завод “ВИСТЕК”, ОАО “Макеевский завод металлоконструкций”, Артёмовсктрансстрой, ЗАО “Артёмовский завод шампанских вин”, ООО Артёмовский машиностроительный завод “ПРОММАШ”, ООО “Завод цветных металлов” и …
С 2012 года работал спортивно-оздоровительный комплекс олимпийской и паралимпийской подготовки “Металлург”.
Медицина: для оказания медицинской помощи действовали: центральная районная больница, поликлиника центральной районной больницы, городская больница № 2, детская больница, узловая больница, отделение трансфузиологии, станция скорой помощи.
Достопримечательности:
Городской центр детей и юношества, городской народный дом, дом техники “Донецкгеология”, дворец культуры “Машиностроитель”, индустриальный техникум, колледж транспортной инфраструктуры, колледж искусств имени Ивана Карабица, педагогический колледж, институт иностранных языков Государственного высшего учебного заведения “Донбасский государственный педагогический университет”, медицинский колледж, профессиональный лицей, ЦРБ, государственный краеведческий музей, опытная станция питомниководства Института садоводства УААН, Учебно-научный профессионально-педагогический институт и ...
Образование: до 2022 года работали 17 школ (11 600 учеников), 29 детсадов (3500 детей), 3 ПТУ (2000 учащихся), 2 техникума (6000 учащихся), музыкальные школы, 5 домов культуры и клубов, 12 библиотек.
Празднование дня города, менее чем за год до основных обстрелов:
Население: 2016 - 76 599 человек. 2022 - 71 094 человек.г.Бахмут. День города 2021г. (1ч) Бахмуту 450 лет!!! [11:13]
YouTube: Bachmut - Berlin, 11 сент. 2021 г.
Дорогие зрители, кому понравилось видео, ставьте лайки. Подписывайтесь на канал, пишите комментарии. Всегда с вами Ольга Гончарова.
г.Бахмут. ДЕНЬ ГОРОДА 2021 (2ч) 450 лет БАХМУТУ!!!
Картинки до и после …
В 2026 году мало что изменилось в городе:BAKHMUT: demolished by the "russian world" [4k video] [2:24]
YouTube: NAFO 69th Sniffing Brigade, 26 сент. 2023 г.
(#ул. Леваневського до перекрёстка с ул. Ювiлейна, на гугл картах видны развалины. Перевод) БАХМУТ: разрушен “russian world”. Архивные кадры, снятые в мае 93-й бригадой. Военные разрешили нам опубликовать их в знак благодарности за дрон Mavic 3 Pro, который мы им подарили в Краматорске. Бахмут, где проживало 73 000 человек, был важным центром соляной промышленности Украины, его называли “городом роз” благодаря красивой цветочной аллее у озера. Когда-то процветающий город был полностью разрушен во время 10-месячной осады российскими войсками...
ru.wiki:Оккупированный российской армией Украинский Бахмут - 2026 [7:02]
YouTube: Константиновка Мой Дом, 16 февр. 2026 г.
#съёмка с камеры из салона автомобиля проезжая по улицам полуразрушенного города…
19 апреля 2023 года Newsweek сообщил, что по информации российских СМИ, бойцы ЧВК “Вагнер” взяли под контроль около 90 процентов Бахмута.
20 мая российские власти и Пригожин заявили о полном захвате Бахмута. Президент Путин поздравил “вагнеровцев и военных ВС РФ с освобождением Артёмовска” и пообещал их наградить…
24 мая глава ЧВК Вагнер Евгений Пригожин заявил, что из завербованных 50 тысяч заключённых в боях за Бахмут погибло 10 тысяч - около 20 процентов.
После “ухода” Частной Военной Компании Вагнер далее использовались: штурмовой корпус, воздушно-десантная дивизия, десантно-штурмовая бригада, мотострелковая бригада, батальон специального назначения.
И что же получается, в XXI веке вербуются заключённые и бомбятся города, неважно будь это завод или жилой дом или школа – сносится весь город целиком, неважно живут ли там люди или нет. Это и есть контрактное СВО с “Бахмутской мясорубкой” и “защитой” России от братского народа, или это последствия плановой самоизоляции, поголовной уколизации и последующей военизации…
Отредактировано VitaliyS (22.07.2026 17:46:57)
Следующий не большой город который хочу упомянуть: Часов Яр - расположен западнее в 10 км. от Бахмута принявший такую же участь. Город в Донецкой области, административный центр Часовоярской городской общины. До 2020 года был городом районного значения. Город находится на самой высокой точке в радиусе сотен километров: высота местности достигает 247 метров (военно-тактическое высокое место).
Немного о городе:Поселение возникло в конце XIX века в связи с разработкой месторождения огнеупорных глин. Огнеупорные заводы и станция Часов Яр с 1876 года снабжали огнеупорным кирпичом металлургические заводы Новороссийского общества, основанного Джоном Юзом (британский промышленник, учредитель “Новороссийского общества каменноугольного, железного, стального и рельсового производств”).
Промышленность: Часовоярский ремонтный завод с производством автобусов, огнеупорный комбинат. В ноябре 2018 года прекратил производство завод “Гидрожелезобетон” и был разобран.
Достопримечательности и социальная сфера: дворец культуры, храм и два клуба. 2 из 5 школы (3000 учеников, 220 педагогов), 5 детсадов, больница (35 врачей, 380 медработников), ПТУ.
Картинки до и после …
Из довоенного населения более 10 тысяч человек к лету 2023 года в городе остались около 2 тысяч, а к сентябрю - около 900.
4 апреля 2024 года начались бои за Часов Яр. К маю город был разрушен российскими обстрелами, целых зданий почти не осталось…
Отредактировано VitaliyS (05.08.2026 09:06:34)
Немного о городе:Поселение возникло в конце XIX века в связи с разработкой месторождения огнеупорных глин. Огнеупорные заводы и станция Часов Яр с 1876 года снабжали огнеупорным кирпичом металлургические заводы Новороссийского общества, основанного Джоном Юзом (британский промышленник, учредитель “Новороссийского общества каменноугольного, железного, стального и рельсового производств”).
Промышленность: Часовоярский ремонтный завод с производством автобусов, огнеупорный комбинат. В ноябре 2018 года прекратил производство завод “Гидрожелезобетон” и был разобран.
Достопримечательности и социальная сфера: дворец культуры, храм и два клуба. 2 из 5 школы (3000 учеников, 220 педагогов), 5 детсадов, больница (35 врачей, 380 медработников), ПТУ.
Добавлено спустя 12 дней 10 часов 53 минуты 25 секунд:Часов Яр. Субъективная история города [22:18]
YouTube: Система Семашко, 15 окт. 2021 г.
Моему любимому городу, моим родным Маме и Папе я посвятил это видео. В средние века территория Часов Яра, Бахмутского и Константиновского районов входили в Хазарский каганат, от которой осталось название города, которое означает “тихая вода”. Часов Яр находится в кольце живописных рукотворных больших и маленьких озер, дубовых и смешанных лесов. Через город проходит канал Северский Донец – Донбасс. Из всей Донецкой области в мирные времена люди ехали сюда отдохнуть на воде, побродить по лесам, в которых летом детей принимали прекрасные, по моему опыту, "пионерские лагеря". По легенде, первого человека бог сделал из глины. Часов Яр отлично подошел бы для этого потому, что он "стоит" на залежах редкой каолиновой глины, из которого делают ценный доменный огнеупорный и шамотный кирпич. Вся жизнь города строилась вокруг добычи и обработки этого сырья, которая велась с конца XVIII века. Эта глина создала Часов Яр и она же угрожает ему исчезновением, так как основные её залежи расположены под самым центром города. Комбинат постепенно "отъедает" у города заброшенные районы, подбираясь к его центру. В видео я выразил эмоции к моему родному городу, где жили мои папа и мама. Здесь родились и выросли я и мой брат Олег. В Часов Яре я закончил школу, где классный руководитель в характеристике меня после 8-го класса написала дословно - "..чужд интересам Родины" (1981 г). Часов Яр - моя малая родина и я не чужд его проблемам, его нынешнему состоянию. Если Глина победит - город исчезнет. Этим фильмом я попрощался с моей родиной и желаю ему найти компромисс с Глиной и выжить.
Население: 1939 - 24 213 человек. 2022 - 12 250 человек.Районный праздник к Дню молодежи. Часов Яр 25.06.2017. [48:08]
YouTube: BORISOVICH, 27 июн. 2017 г.
В Часов Яре на берегах пруда "Золотая рыбка" масштабно отметили День молодежи.
Картинки до и после …
ru.wiki:Битва за Часів Яр триває. Апокаліптична картина знищеного міста [0:47]
(Битва за Часов Яр продолжается. Апокалиптическая картина разрушенного города)
YouTube: Ukrinform, 10 янв. 2025 г.
(#перевод) Россияне продолжают штурмовать населенный пункт и обстреливать его из всех видов вооружения, регулярно наносят удары дронами и тяжелыми авиабомбами. Воины 24 ОМБр имени короля Даниила держат оборону … в сверхтяжелых условиях. В городе не осталось ни одного уцелевшего здания…
Из довоенного населения более 10 тысяч человек к лету 2023 года в городе остались около 2 тысяч, а к сентябрю - около 900.
4 апреля 2024 года начались бои за Часов Яр. К маю город был разрушен российскими обстрелами, целых зданий почти не осталось…
Отредактировано VitaliyS (05.08.2026 09:06:34)