25 лет прошло с трагических событий в Москве 1993 года (
https://911tm.9bb.ru/viewtopic.php?id=1261#p104533) . На мой взгляд, самой интересной работой по этой теме является книга публициста (уже ушедшего из жизни - земля ему пухом) Александра Островского "1993. Расстрел Белого Дома" (можно найти в инете). Как честный человек, Островский постарался проанализировать события как независимый наблюдатель, т.е. не вставая на сторону ельцинистов или их противников. Интересное наблюдение: власть (сторона Ельцина) позволила мятежникам Руцкого одержать в самом начале противостояния несколько локальных побед с целью заманить их в ловушку. Так, практически без боя были сданы такие важные здания, как гостиница "Мир" (где располагался штаб ельцинского МВД) и здание СЭВ (где тогда сидел мэр Лужков и тоже находился один из оперативных центров ельцинистов). Приведу цитаты:
Постановочная сдача зданий
Между тем, если верить А. Черкасову, сразу же после перехода софринцев на сторону парламента «заместитель командующего внутренними войсками МВД Павел Васильевич Голубец (позывной "Утёс"), бывший в зоне Белого Дома старшим офицером, связался со своим главкомом А. С. Куликовым (позывной "Пион") и обратился к нему со следующими словами:
"- Пион, Пион. Я – Утёс, я – Утёс. В гостинице никого не осталось. Софринцы перешли на сторону Белого дома. Был открыт со стороны защитников Белого дома огонь, открыта стрельба. Наши безоружные все. Спецназ только прибыл, и я принял решение вывести людей из зоны огня"».
Это означает, что около 16.00 гостиница «Мир» была оставлена без всякого боя.
Между тем, как мы знаем, в гостинице «располагался оперативный штаб внутренних войск МВД по борьбе с парламентом (оперативная группа ГУК ВВ МВД, созданная по решению КВВ МВД)».
По свидетельству одного из милицейских начальников, когда сторонники Белого дома, почти полностью безоружные, бросились на штурм мэрии, «вдруг поступил приказ – не стрелять, отойти от объекта».Подобный приказ в 16.05 получил и отряд группы «Витязь», который перед этим в 14.30 был выдвинут к Белому дому. «В следующие минуты, -пишет А. В. Черкасов, – все остававшиеся в мэрии сотрудники МВД покинули здание, разбив витринные стекла цокольного этажа. Они пересекли Калининский проспект – благо, напротив мэрии был промежуток между двумя группами демонстрантов, подтягивавшихся к Белому Дому, – и скрылись в переулках».
«Массовый исход» омоновцев и дзержинцев из мэрии «через окна-стены первого этажа», по утверждению Э. 3. Махайского, произошел между 16.15 и 16.20.
«…Этот великий драп, по мнению А.Черкасова, при всей его внешней беспорядочности, имел конкретную задачу -отойти и перегруппироваться. Местом сосредоточения был назначен участок Садового кольца рядом с площадью Маяковского, напротив Бронной улицы и гостиницы "Пекин"».
В результате сторонники парламента ворвались в опустевшее здание СЭВ.
Неужели А. В. Руцкой заранее знал, что милиции будет дана команда покинуть мэрию без сопротивления?
«…Взятие комплекса зданий мэрии и гостиницы "Мир"… – пишет И. Иванов, – было полной неожиданностью для МВД». Открыв по демонстрантам огонь, руководители этого ведомства будто бы не ожидали, что в ответ на это безоружные люди пойдут на штурм названных зданий, а поэтому бросили их на произвол судьбы»
Велика ли была численность тех, кто блокировал Белый дом?
«3 октября, – отмечает И. Иванов, – только в столовой мэрии обедало более 6000 эмвэдэшников, а к охране самого здания дополнительно было привлечено подразделение из 100 вооруженных до зубов военнослужащих МВД».
Как же нужно было испугаться, чтобы полк внутренних войск бросил на произвол судьбы мэрию и гостиницу «Мир», в которых находился оперативный штаб, возглавлявший осаду Белого дома? Это тем более удивительно, что демонстранты были безоружны.
Итак, никакого штурма мэрии и гостиницы «Мир» не было.
Явно имело место и провоцирование мятежников:
3 октября около 13.00 известный публицист Олег Платонов оказался в нескольких минутах ходьбы от Белого дома у метро «Баррикадная» и здесь, если верить ему, увидел огромное скопление милиции: «одних машин 1000», а самих милиционеров «30-50 тыс. человек».
Приведенные цифры вызывают сомнения. Однако даже если допустить, что количество машин и милиционеров преувеличено на порядок, все равно получается, что в непосредственной близости от Садового кольца находилось несколько тысяч сотрудников МВД, которых без всякого труда в течение нескольких минут можно было перебросить и к Белому дому, и на Калининский проспект, и к Смоленской площади, и на Зубовскую площадь, и к метро «Парк культуры», и на Крымский мост, и на Крымский вал.
Комментируя произошедшее, один из очевидцев тех событий называл «странным» то, что «отряды у мэрии, постреляв в воздух и снайперски ранив несколько человек, разъярив толпу, вдруг отошли, открыв Дом Советов», а «потом вообще ушли, оставив свои грузовики и даже не вынув ключи зажигания: езжайте, мол, люди добрые, в Останкино».
«Любой, едва прошедший обучение шофер, – пишет Ю. М. Воронин, – выходя из кабины, автоматически берет ключи с собой». А тут десятки брошенных машин и на удивление все с незакрытыми кабинами и ключами зажигания.
«Элемент провокации, – констатировал потом И. В. Константинов, – присутствовал с самого начала событий 3 октября».
Интересные свидетельства людей о встрече с орками в форме (думаю, это какие-то специальные отряды нелюдей подвезли - для проведения пыток над людьми - самые настоящие эскадроны смерти имени Ельцина):
«У 2-го подъезда д. 14 по Глубокому пер., – отмечает В. Фахрутдинов, – мы были остановлены людьми в камуфляжах и в масках. Нас обыскали, проверили документы и втолкнули во внутренний двор дома». «Так как во дворе стреляли», «перебежками добежали до следующего проходного подъезда… в котором было много людей, в том числе солдаты срочной службы, спрятавшиеся во время перестрелки 3 октября в здании Верховного Совета. Все они были раздеты до пояса, стояли лицом к стене с поднятыми руками и их избивали… В этом подъезде у меня отобрали удостоверение и… пытались силой поставить меня на колени. Я ответил, что даже фашистам не удалось поставить на колени моего земляка-татарина Мусу Джалиля, и пусть не думают, что это удастся сделать им. Меня ударили прикладом по лицу, а потом по ребрам».
Из этого подъезда В. Фахрутдинова «вытолкнули на улицу», где он сразу же попал в руки других омоновцев. «Они избивали еще более жестоко. Людей положили на землю, а руки
требовали держать на затылке. Подходили к ним и одновременно с двух сторон били коваными сапогами по их открытым ребрам. Жуткие крики и хруст поломанных ребер до сих пор снятся по ночам. Лично меня за отказ поднять руки ударили прикладами по рукам, в результате чего – перелом головки левой лучевой кости. Затем следующая "засада", а их всего было двенадцать, везде обыски, избиения. Среди милиционеров находились даже такие подонки, которые кричали: "Что с ними церемониться, увести их подальше и расстрелять"».
«Затем, – вспоминает В. Фахрутдинов, – нас дубинками загнали в автобус "КавАЗ", заставили лечь друг на друга (штабелями), лицом вниз… Когда мужчина (35-40 лет), стоявший передо мной, пытался урезонить озверевших ОМОНовцев, показывая на искалеченных людей, уже лежащих и задыхающихся от нехватки воздуха, он тут же получил удар дубинкой по голове и упал, потеряв сознание… На него "уложили" меня, на меня – других. Это длилось до тех пор, пока не забили до отказа заднее сидение автобуса».
«Нас, – читаем мы показания В. Фахрутдинова далее, -привезли сначала на Петровку (там нас не приняли, сказав, что нет мест), а затем в 22-е отделение милиции (ул. Дурова) и растолкали по камерам».
А вот строки из предсмертного письма Е. Н. Воробьевой:
«Осенью 93-го года я была у "Белого дома"… когда началась настоящая бойня, на моих глазах убили подругу, с которой мы дружили больше десяти лет… А потом я очутилась между раненным в живот мужчиной и спецназовцем с перекошенным от ненависти лицом. Я крикнула ему: "Не стреляй, он же ранен!"… бросилась и заслонила того мужчину, думала, в женщину тот подонок не выстрелит, но пули вошли в мою спину… А потом в замызганном, грязном подъезде меня, раненую, все время теряющую сознание, насиловали два омоновца».
Подобных свидетельств десятки.
Не менее странные эпизоды:
Обстрел здания ТАССОколо 00.20 в ночь с 4 на 5 октября со стороны Никитских ворот и улицы Герцена было совершено нападение на здание ИТАР-ТАСС, расположенное на Тверском бульваре, причем, как пишет автор, в нападении участвовали «сразу несколько групп вооруженных сторонников парламента!» . «Бой продолжался с 00.20 до 01.30 и закончился в пользу милиционеров. На улице остался лежать труп одного из нападавших. Омоновцы оттеснили боевиков, но преследовать их не стали».
«Когда охрана (главного здания ИТАР-ТАСС. – А. О.) возвращалась к зданию, ее обстреляли из проезжавших по ул. Герцена зеленых "Жигулей". Затем по охране открыли огонь два снайпера, засевшие на крыше "Кинотеатра повторного фильма". Омоновцы занялись охотой на снайперов, но последним удалось скрыться. Еще через несколько минут перед зданием появились два человека с автоматами. В ответ на предупредительный окрик омоновцев они открыли огонь. В результате этой перестрелки один из нападавших был убит, другого начали преследовать. Спасаясь бегством, он разбил витрины в доме № 19 по ул. Герцена – отделении Сбербанка и парикмахерской и проник туда. Омоновцы, перекрыв выход, предложили беглецу сдаться. На что раненный в ногу террорист выбросил через разбитую витрину автомат и две фанаты Ф-1 с невыдернутыми чеками и сдался. В 01.30 раненый был отправлен в городскую военную прокуратуру, а убитый – в морг.
И тут неожиданно выяснилось, что «парламентские боевики», обстрелявшие ИТАР-ТАСС, на самом деле оказались «офицерами Таманской дивизии». Той самой, которая «отважно» «штурмовала» Белый дом.
Получается, что не только одни омоновцы обстреливали других, не только милицейские патрули обстреливали мирных граждан, не только обычные «преступники» прикидывались «парламентскими боевиками». В роли таких боевиков выступали офицеры доблестной дивизии.
Позднее в портале «Русское воскресение» появилась «Сводка МВД» № 44 «Об автоматической стрельбе на площади Никитских ворот». В ней мы читаем:
«Установлено, что имела место перестрелка между сотрудниками ОМОН УВД на воздушном транспорте, охранявшими здание ТАСС, и военными снайперами – сотрудниками в/ч 73881 (Таманская дивизия), причем один из нападавших – капитан Мельчаков Александр Николаевич, 1965 г. р., зам. командира батальона по работе с л/с – был ими убит, а другой забаррикадировался в помещении Сбербанка по ул. Герцена, 19».
Когда спутник А. Н. Мельчакова был задержан, оказалось, что это – командир взвода той же самой Таманской дивизии старший лейтенант Михаил Александрович Менчаков, 1966 г. рождения, у которого был «изъят АКС-74У с патронами и 2 гранаты РГД».
Как сообщалось в печати, «на место происшествия немедленно выехали заместитель начальника ГУВД Москвы Куликов, заместитель начальника ОИУ Дубовицкий, заместители начальника УУР Купцов и Кириллов, заместитель начальника 2-го РУВД Черненко, следователь прокуратуры Бахрушин, начальник отделения милиции Барское».
Подобный десант был неслучайным.
В упомянутой сводке отмечается, что «взятый в плен старший лейтенант» заговорил. Причем он сделал такое заявление, от которого многие из поименованных лиц могли лишиться дара речи. Он «сообщил, что принадлежит к особому подразделению, базирующемуся в Генеральном штабе».
Причем «их группа» состояла не из двух, а из нескольких десятков человек («15 человек и взвод десантников)». М. А. Менчаков заявил также, «что в 10 часов вечера ими был получен приказ осуществить обстрел ряда объектов в Москве» с целью «дестабилизировать обстановку в центральной части города».
Этот документ не только подтверждает газетную информацию о том, что в обстреле здания ИТАР-ТАСС участвовали офицеры Таманской дивизии, не только позволяет получить конкретное представление о том, кто именно был убит и задержан, но и, что самое главное, показывает: оба офицера входили в состав целой группы, состоявшей примерно из 40 человек («15 человек и взвод десантников»), которая располагалось в здании Генерального штаба и имела «задание дестабилизировать» ситуацию в столице.
С тех пор прошло уже много времени, а причастность сторонников парламента к этим событиям так и не доказана. Это дает основание думать, что и здесь мы имеем дело с провокацией.
Пресловутые снайперыОб том же свидетельствует и проблема снайперов.
Первые сведения о них появились уже 22 сентября. С 3 октября в столице началась «снайперская война», продолжавшася два дня.
Ранее уже отмечалось, что одним из поводов стрельбы по демонстрантам днем 3 октября возле мэрии послужил выстрел, жертвой которого стал один из омоновцев. Как было установлено на следствии, «пуля вошла парню четко между каской и бронежилетом, в область шеи. Угол между продольной осью канала ствола и плоскостью препятствия составил 19 градусов – значит, выстрел был произведен из здания высотой не менее 15 этажей. Вероятнее всего, использовалась снайперская винтовка Драгунова с оптическим прицелом… Следствие пришло к выводу, что стреляли с крыши гостиницы "Мир"».
Утром 4 октября первые снайперские выстрелы у Белого дома раздались уже в 6.43. Около 8 часов утра с 15-го этажа здания мэрии снайперы обстреляли колонну из 30 машин ГАЗ-66 с солдатами, остановившимися у американского посольства. Утром того же дня снайперскими выстрелами
были убиты рядовой Коровушкин и ефрейтор Хихин 119-го Наро-Фоминского полка. В середине дня пуля снайпера-профессионала сразила лейтенанта группы «Альфа» Сергеева. В 17.00 на Новом Арбате было обстреляно подразделение Рязанской ВДД, направлявшейся к Белому дому. 4 октября погиб снайпер на пересечении Садового кольца и Нового Арбата.
Во время следствия по делу об октябрьских событиях 1993 г. был допрошен работник мэрии С. Коновалов. 3 октября он оказался заблокирован в здании мэрии выше пятого этажа. «Около 17.30 я поднимался по лестнице на 19-й этаж в рабочий кабинет, – показал он. – В пролете между 12-м и 13-м этажами я увидел девушку с оружием. Скорее всего, это была винтовка с оптическим прицелом». Из протокола осмотра места происшествия следует: «На месте, указанном Коноваловым, обнаружено 2 гильзы калибра 7,62x53».
Печать того времени обвиняла в снайперской войне «боевиков» из Белого дома. Но занимавшаяся расследованием октябрьских событий 1993 г. прокуратура не смогла найти никаких доказательств этого. Более того, она почему-то вообще не проявила к этой проблеме особого интереса. Свидетельством этого является то, что «в уголовном деле», посвященном этим событиям, отложилась лишь тоненькая папочка, насчитывающая «чуть более 100 листов». Из нее явствует, что прокуратура не смогла установить происхождение снайперов.
Одно из объяснений этой загадки попытался дать корреспондент радиостанции «Свобода» М. Дейч. В октябре 1994 г. ему удалось взять интервью у одного из высокопоставленных сотрудников российских спецслужб, пожелавшего остаться неизвестным.
По словам собеседника М. Дейча, в октябре 1993 г. в Москве действовало около 100-110 снайперов. Отвергнув причастность к снайперской войне еврейских боевиков, бывших афганцев и сторонников парламента, высокопоставленный сотрудник российских спецслужб специально остановился на возможности участия в ней снайперов ГУОП [Главное управление охраны президента]
Участие в «снайперской войне» ГУОП он назвал более вероятным, так как в составе кремлевской охраны есть взвод «трассовиков-чердачников». Эти люди прикрывают маршрут следования президента или оборудуют свои секторы во время его публичных выступлений. Однако таких людей, обладающих профессиональными снайперскими навыками, тоже немного.
В связи с этим собеседник М. Дейча заявил, что, по его сведениям, в августе 1993 г. заместитель начальника охраны президента генерал-майор Борис Просвирин, тот самый, что привез 23 июля из-за границы Д. О. Якубовского, «через швейцарскую резидентуру установил неформальные контакты со спецслужбами нескольких европейских государств». После этого «27 сентября с Кипра в «Шереметьево» прилетели несколько групп туристов», которые будто бы составляли команду регбистов. Их «встречал сам Коржаков». Между тем «ни по линии спорткомитета, ни по линии каких-либо спортивных клубов никаких соревнований по регби в тот период не было». Незадолго до этой встречи «сначала Коржаков, а потом Просвирин на оружейном складе милиции особого назначения в Реутове получили снайперские винтовки СВД», в количесте 102 штук. Согласно той же информации, «сразу же после октябрьских событий» Москву покинуло несколько групп мужчин, «среди которых можно было узнать тех, кто прилетал в качестве регбистов или туристов с Кипра. Они уезжали поездами на Варшаву, Берлин и Бухарест. Причем ехали… в тех купе, билеты в которые по заведенной много лет назад практике продавались по броне КГБ».
Высокопоставленный сотрудник российских спецслужб подводил своего слушателя к мысли, что в Москве действовали снайперы-гастролеры.
Несмотря на то что прокуратура не смогла установить происхождение снайперов, в ее распоряжении имелись факты, указывающие на участие в «снайперской войне» не зарубежных, а отечественных спецслужб.
Так, когда утром 4 октября раздались первые снайперские выстрелы у Белого дома, находившиеся здесь сотрудникии МБР предупредили дзержинцев и таманцев, что «огонь ведут свои – правительственные снайперы-трассировщики бывшей "девятки" и неизвестные снайперы с крыши посольства США и его жилого городка».
Как заявил собеседник М. Дейча, лейтенант группы «Альфа» Сергеев был убит выстрелом из технического помещения фабрики имени Капранова. Это помещение долгое время использовалось КГБ СССР для наблюдения за американским посольством. Комната для снайпера в этом помещении была оборудована 27 сентября.
Один из сотрудников отряда милиции специального назначения ГУВД, участвовавший 3-4 октября в охоте за снайперами, сообщил корреспонденту «Независимой ежедневной газеты», что некоторые из задержанных снайперов были представителями Министерства безопасности России. Их огневые точки находились в высотном доме (над рестораном «Арбат») и в гостинице «Украина». «Стрельба велась из неприметных с виду помещений, приспособленных МБР для так называемых технических целей. Свои действия снайперы объясняли выполнением спецзадания».
Когда, по сведениям собеседника М. Дейча, 4 октября в гостинице «Мир» было обнаружено четыре трупа и при них две снайперские винтовки СВД, один из убитых в форме подполковника милиции был опознан как сотрудник Главного управления охраны президента.
Отредактировано zurcherbank (15.10.2018 00:11:52)
.
Как человек, весьма чувствительный к различным энергетическим проявлениям, испытал серьёзный шок. Мощнейшее негативное влияние - какое-то едкое и тёмное по ощущениям. Настолько сильное, что живот скрутило спазмом. Находящийся рядом ещё один человек, также восприимчивый, одновременно высказал такие же ощущения - тревога, страх, опасность.
