И блокадный Ленинград - только из книжек...
Но здоровый хороший пиетет к Хлебу в нас сызмальства вкладывали:
Вкладывали-вкладывали... вкладывали-вкладывали...
Упс... - теперь мы в Него вкладываем...
Дебилизмы
Прихожан, посмотревших фильм Алексея Учителя «Матильда» на закрытых показах, организованных создателями фильма, отлучили от святого причастия на шесть месяцев в церквях и монастырях. Об этом сообщила РБК депутат Госдумы Наталья Поклонская. «Этот фильм признается церковью хулой на дух святой», — пояснила парламентарий.
Депутаты Госдумы посетили в четверг ,28 сентября закрытый показ фильма режиссера Алексея Учителя "Матильда". Как сообщает ТАСС, депутаты остались довольны картиной.
где-то недавно была тема про метаморфозы Букваря - от людей на картинках к животным.vitalban писал(а):Не раскрыта роль "собаки"
Тут то же самое.
Проще в качестве персонажа представить некую собаку, чем человека.
Проще - для детской психики.
А по сути - всё та же легенда о пионэре-герое Павлике Морозове...
-
zurcherbank
- Сообщения: 1407
- Зарегистрирован: 29.01.2017, 00:00
Бывший министр Улюкаев, оказывается, знаменит не только своими "колбасными" терками с Сечиным и уголовщиной, но и нетленками в области стихотворчества. "Ха-ха, хе-хе, хи-хи, ху-ху" - особенно сильно звучит)) (эти вирши, вроде, в "Новом мире" публиковали)))))):
Стихи УлюкаеваДо бога далеко. Начальство близко.
Мосты уже разведены повсюду,
И жены, утомившись бить посуду,
Сидят устало. Что еще там в списке?
Совсем немного: пара истин низких
И пара возвышающих обманов.
Ты только дай нам знак: уже не рано.
И мы уходим. Тихо. По-английски.
...А можно я еще чуть-чуть побуду?
* * *
Меняю первородство на чечевичную похлебку
И бабу, у которой я не первый.
Требования к похлебке: едкая, к бабе — ебкая
И желательно не полная стерва
С подлинным верно.
“Ни к городу и ни к селу —
Езжай, мой сын, в свою страну, —
В край — всем краям наоборот!”
Марина Цветаева, Стихи к сыну, 1932
Езжай, мой сын, езжай отсель
На шарике найдешь теперь
Немало мест, где шаг вперед
Необязательно пятьсот
Шагов назад, где, говорят,
Не всё всегда наоборот
Где не всегда конвойный взвод
На малых выгонят ребят
Где не всегда затычку в рот
Бывает — правду говорят
Бывает голова вверху
А ниже — ноги
Где в хлеб не сыпали труху
И не смеялись над убогим:
Ха-ха, хе-хе, хи-хи, ху-ху
О боги!
* * *
И одна за одной, и один за одним
Беспросветные дни,
Несусветные ночи.
Мы остались одни.
Он один. Мы одни.
Напророчить
Между прочим подобное было легко.
Но не очень
Помогает теперь твой бурбон – молоко
Одиночек.
Как просвет между строчек
Оказалась жизнь коротка.
Хоть вместила
Две эпохи короткая эта строка
Как две даты над скромной могилой.
Хороши или плохи – поди разберись.
Ахи-охи.
Полосатая жизнь и небесная высь.
Две эпохи.
И чего мы галдим?
Видишь, дым
Поднимается в небо.
Так и быль обращается в небыль.
Мы одни.
Он один.
На тридцать лет я дал обет молчанья
Но уж в часах песок перевернулся
Покуда он не сыпется ночами
Из тела хилого, и не переобулся
Я в обувь одноразовой природы
Любезен, не любезен ли народу
Порадую вас плоскими речами
Поскольку в плотской жизни я начальник
В духовной полагается аскеза
Я долго обрезался и обрезал
Почти что всё. Но уцелел случайно
Отросток малый и попал досрочно
В довольно унавоженную почву
Текущей жизни
Ну теперь — до тризны
* * *
Это когда? Когда не родились родители?
И чуть пораньше, чем вред приносили вредители?
Домны кипели. Печать на декрете синела.
Доброе дело. Хорошее дело.
Ну и дела. Ну и дел-то потом начудесили.
Позаводили. Открыли. Да с шуткой, да с песнями.
Раскорчевали — да сами себя поимели.
Доброе дело, Багрицкий, хорошее дело.
От винограда отцов оскомой побитые
Бодро шагаем как раз над могильными плитами.
И повторяем — не звонко (не скомкай), не смело:
Доброе дело. Хорошее дело.
* * *
Эх, dolce vita. Сладко, Витя? Что ж, Витек
Смотри: родное пепелище
Отсюда попросту убег
Любой кто не хотел быть нищим
Рванул отсюда со всех ног
А мы с тобой тут пепел ищем
Ну да вот этот пепел нищих
Вот этот дедов могарыч
Припрятанный на случай “Ч”
Бежали побросав посуду
Брели чрез ветры и простуды
Брели в Москву в Москву в Москву
Как грится разгонять тоску
А разогнали жизнь впустую
Мою мелодию простую
Ты видно Витя не вполне…
Ах бес мне скучно скучно мне!
Мы шли к отеческим гробам
А тут бедлам
* * *
Всё было, прямо скажем, честь по чести
Хвалить — хвалю, а вот ругать не буду
Знал: хлеб из теста, для любви невеста
А прочее — каемочка на блюде
Теперь другое: хлебушек-то горек
Невеста как-то очень повзрослела
А строй имел меня вовсю — такое дело
Да тут у каждого полно таких историй
* * *
Я из вселенной Гуттенберга
Где редактировать непросто
Где от восторга и до морга —
Понятный и конечный остров
Где для богов не много места
Где есть законы и причины
Где из муки замесят тесто
И хлебушка поест мужчина
Где если шутят, то смеются
А если страшно, то боятся
Где души, словно струны, рвутся
Где струны рвут, а звуки — длятся
Где только пробило двенадцать
А тыква — вот она на блюдце
Возьми ее за рупь за двадцать!
У нас по полочкам: вот мир, вот труд, вот май
Мириться, маяться, трудиться — что захочешь
Такая маета приходит к ночи
Такая ломкая — соломкой — ломота
Лежишь и думаешь: не очень всё, не очень
Вот жены-мироносицы — откуда?
И кто такие? Битая посуда
К чему, когда вокруг лишь мир да мирро?
И почему как май, так и простуда?
Как труд, так лень и на руках по гире?
И так везде, во всём подлунном мире
* * *
Мои дети уселись и смотрят парад
Малыши — в радость им погремушки
Я смотрю на детей. Рад я или не рад?
И вообще: пушки или Пушкин?
Только не надо ля-ля и convential wisdom:
Мол, и то, и другое — тем лучше, чем больше
Мы всё в том же трясёмся вагоне хоть Троцкий изгнан,
Сталин в Гори, а Ленин в Польше.
Мы трясёмся в вагоне, раскачивая его.
Танки плавно так катят по Красной.
Что ты любишь на свете больше всего?
Детей и море. Это ясно.
А гусеницей по брусчатке — как гвоздём по стеклу
Здесь тоже нет сомнений
Хоть Троцкий — в мексиканском углу
В Гори Сталин, в Польше Ленин.
Мои дети уселись и смотрят парад.
Дочке новый купили наряд
Не остался и сын без обновки
Хотя он предпочёл бы винтовку
И патрончики или снаряд
Эй вы там на горе! А валите-ка в Гори
Или в Польшу иль в Мексику — мне всё равно
И не будет у нас с малышами ни горя
Ни беды ни войны — разве только в кино
* * *
...А что там? Вероятно, гладь морская,
Какое-то чужое побережье.
Маршрут прочерчен. Может быть, изъезжен.
Но всё равно и глаз, и слух ласкает
Вся эта жизнь, короткая — как прежде
Казалась длинной юному невежде.
Неужто кончится? Берет тоска и...
Не отпускает
Что там вера, что надежда…
Стихи УлюкаеваДо бога далеко. Начальство близко.
Мосты уже разведены повсюду,
И жены, утомившись бить посуду,
Сидят устало. Что еще там в списке?
Совсем немного: пара истин низких
И пара возвышающих обманов.
Ты только дай нам знак: уже не рано.
И мы уходим. Тихо. По-английски.
...А можно я еще чуть-чуть побуду?
* * *
Меняю первородство на чечевичную похлебку
И бабу, у которой я не первый.
Требования к похлебке: едкая, к бабе — ебкая
И желательно не полная стерва
С подлинным верно.
“Ни к городу и ни к селу —
Езжай, мой сын, в свою страну, —
В край — всем краям наоборот!”
Марина Цветаева, Стихи к сыну, 1932
Езжай, мой сын, езжай отсель
На шарике найдешь теперь
Немало мест, где шаг вперед
Необязательно пятьсот
Шагов назад, где, говорят,
Не всё всегда наоборот
Где не всегда конвойный взвод
На малых выгонят ребят
Где не всегда затычку в рот
Бывает — правду говорят
Бывает голова вверху
А ниже — ноги
Где в хлеб не сыпали труху
И не смеялись над убогим:
Ха-ха, хе-хе, хи-хи, ху-ху
О боги!
* * *
И одна за одной, и один за одним
Беспросветные дни,
Несусветные ночи.
Мы остались одни.
Он один. Мы одни.
Напророчить
Между прочим подобное было легко.
Но не очень
Помогает теперь твой бурбон – молоко
Одиночек.
Как просвет между строчек
Оказалась жизнь коротка.
Хоть вместила
Две эпохи короткая эта строка
Как две даты над скромной могилой.
Хороши или плохи – поди разберись.
Ахи-охи.
Полосатая жизнь и небесная высь.
Две эпохи.
И чего мы галдим?
Видишь, дым
Поднимается в небо.
Так и быль обращается в небыль.
Мы одни.
Он один.
На тридцать лет я дал обет молчанья
Но уж в часах песок перевернулся
Покуда он не сыпется ночами
Из тела хилого, и не переобулся
Я в обувь одноразовой природы
Любезен, не любезен ли народу
Порадую вас плоскими речами
Поскольку в плотской жизни я начальник
В духовной полагается аскеза
Я долго обрезался и обрезал
Почти что всё. Но уцелел случайно
Отросток малый и попал досрочно
В довольно унавоженную почву
Текущей жизни
Ну теперь — до тризны
* * *
Это когда? Когда не родились родители?
И чуть пораньше, чем вред приносили вредители?
Домны кипели. Печать на декрете синела.
Доброе дело. Хорошее дело.
Ну и дела. Ну и дел-то потом начудесили.
Позаводили. Открыли. Да с шуткой, да с песнями.
Раскорчевали — да сами себя поимели.
Доброе дело, Багрицкий, хорошее дело.
От винограда отцов оскомой побитые
Бодро шагаем как раз над могильными плитами.
И повторяем — не звонко (не скомкай), не смело:
Доброе дело. Хорошее дело.
* * *
Эх, dolce vita. Сладко, Витя? Что ж, Витек
Смотри: родное пепелище
Отсюда попросту убег
Любой кто не хотел быть нищим
Рванул отсюда со всех ног
А мы с тобой тут пепел ищем
Ну да вот этот пепел нищих
Вот этот дедов могарыч
Припрятанный на случай “Ч”
Бежали побросав посуду
Брели чрез ветры и простуды
Брели в Москву в Москву в Москву
Как грится разгонять тоску
А разогнали жизнь впустую
Мою мелодию простую
Ты видно Витя не вполне…
Ах бес мне скучно скучно мне!
Мы шли к отеческим гробам
А тут бедлам
* * *
Всё было, прямо скажем, честь по чести
Хвалить — хвалю, а вот ругать не буду
Знал: хлеб из теста, для любви невеста
А прочее — каемочка на блюде
Теперь другое: хлебушек-то горек
Невеста как-то очень повзрослела
А строй имел меня вовсю — такое дело
Да тут у каждого полно таких историй
* * *
Я из вселенной Гуттенберга
Где редактировать непросто
Где от восторга и до морга —
Понятный и конечный остров
Где для богов не много места
Где есть законы и причины
Где из муки замесят тесто
И хлебушка поест мужчина
Где если шутят, то смеются
А если страшно, то боятся
Где души, словно струны, рвутся
Где струны рвут, а звуки — длятся
Где только пробило двенадцать
А тыква — вот она на блюдце
Возьми ее за рупь за двадцать!
У нас по полочкам: вот мир, вот труд, вот май
Мириться, маяться, трудиться — что захочешь
Такая маета приходит к ночи
Такая ломкая — соломкой — ломота
Лежишь и думаешь: не очень всё, не очень
Вот жены-мироносицы — откуда?
И кто такие? Битая посуда
К чему, когда вокруг лишь мир да мирро?
И почему как май, так и простуда?
Как труд, так лень и на руках по гире?
И так везде, во всём подлунном мире
* * *
Мои дети уселись и смотрят парад
Малыши — в радость им погремушки
Я смотрю на детей. Рад я или не рад?
И вообще: пушки или Пушкин?
Только не надо ля-ля и convential wisdom:
Мол, и то, и другое — тем лучше, чем больше
Мы всё в том же трясёмся вагоне хоть Троцкий изгнан,
Сталин в Гори, а Ленин в Польше.
Мы трясёмся в вагоне, раскачивая его.
Танки плавно так катят по Красной.
Что ты любишь на свете больше всего?
Детей и море. Это ясно.
А гусеницей по брусчатке — как гвоздём по стеклу
Здесь тоже нет сомнений
Хоть Троцкий — в мексиканском углу
В Гори Сталин, в Польше Ленин.
Мои дети уселись и смотрят парад.
Дочке новый купили наряд
Не остался и сын без обновки
Хотя он предпочёл бы винтовку
И патрончики или снаряд
Эй вы там на горе! А валите-ка в Гори
Или в Польшу иль в Мексику — мне всё равно
И не будет у нас с малышами ни горя
Ни беды ни войны — разве только в кино
* * *
...А что там? Вероятно, гладь морская,
Какое-то чужое побережье.
Маршрут прочерчен. Может быть, изъезжен.
Но всё равно и глаз, и слух ласкает
Вся эта жизнь, короткая — как прежде
Казалась длинной юному невежде.
Неужто кончится? Берет тоска и...
Не отпускает
Что там вера, что надежда…
Сайт Президент России
Очередной "честный" способ отъёма денег у населения.
Президент утвердил перечень поручений по итогам совещания «О мерах по развитию лёгкой промышленности в Российской Федерации», состоявшегося 24 августа 2017 года.
Очередной "честный" способ отъёма денег у населения.
-
Бухтияр Ж.
- Сообщения: 2563
- Зарегистрирован: 16.11.2014, 21:56
Ты - население. Власти - враги. Ну это понятно. Никто не хочет ни за что платить..Stalin vs писал(а):Очередной "честный" способ отъёма денег у населения.
Но ты не в "Одноклассниках", твой "фырк" не конструктивен. Лучше расскажи форумчанам, как взять ситуацию в стране в свои руки и чего-то выдолбить полезного..
Например, я читаю следующее:
О чем тут речь? О расчете доли. Дебилы для дебилов написали, да?3. Росстату, Минпромторгу России, ФТС России совместно с отраслевыми союзами (ассоциациями) разработать методику расчёта доли незаконно произведённого на территории Российской Федерации и незаконно ввезённого на территорию Российской Федерации товара в розничном товарообороте.
На первый взгляд, задача для
[картинка утрачена · funkyimg.com]
А зачем?
Я бы таким образом собрал бы статданные по стране с ввозом дешевой китайчатины и просчитал бы себестоимость отечественного производства применительно к нынешнему валовому импорту.
А как иначе налаживать своё производство ???
Утилизационный сбор на обувь - это верх идиотизма. Это же "налог на сапоги"!Stalin vs писал(а):Президент России Президент утвердил перечень поручений по итогам совещания «О мерах по развитию лёгкой промышленности в Российской Федерации», состоявшегося 24 августа 2017 года.
Очередной "честный" способ отъёма денег у населения.
Александра Андрунакиевич:"80 процентов обувного рынка России занимает импортная продукция, при этом 65 процентов - это всевозможные синтетические заменители обуви по цене 4,5 доллара за пару, - поясняет гендиректор союза Александра Андрунакиевич. - По такой цене не может быть хорошей обуви. Она носится максимум один сезон, а затем выбрасывается и засоряет природу". Тынц
